Аэлита Пола Верховена

 

Киноклуб «МИ Барселона» совершил открытие. И это открытие серии статей о моде. Расширенный совет модельной библиотеки №29 озирается. Читатели раздеваются, постепенно, с превеликим желанием избавляются от весенней одежды. Библиотекари сохраняют тепло и весенние традиции. Погода противится, но сезон летний неизбежно наступит 14 июня (старый проверенный стиль). И мы переходим в режим готовности №раз.

 

Итак, немой и при всем том очень выразительный черно-белый фильм 1924 года «Аэлита». Режиссер Яков Протазанов. Первая работа в кино Игоря Ильинского. В опубликованной в «Известиях» рецензии на фильм было сказано: «Гора родила мышь». Ругать кооперативную «непманскую» кинокомпанию считалось незазорным. Состоялся даже диспут, после которого фильму отказали в прокате за границей. Не помогло и то, что для удобства зрителей была специально написана музыка (смотреть фильм 113 минут было тяжело). Нарком просвещения Луначарский, к Протазанову благоволивший (он-то и был инициатором возвращения режиссера в СССР), печально резюмировал: «В нашей кинокритике ‹…› господствует мнение, что режиссер Протазанов, главная сила „Межрабпом-Руси“, очень хороший мастер, но не подходящий для нашего времени...»

При всей футуристичности и новаторстве Маяковского, он вошел в конфликт с Протазановым, дав оценку творчеству режиссера: «столетние кинематографические пошлости».

Сделаем отступление на несколько месяцев в 1923 год.

 

Аэлита от Алексея Толстого.

Роман написан в период эмиграции, и для Аэлиты жизнь на Марсе сродни нахождению в дали от родины. Но нам нужно прочитать, в какие наряды Алексей Толстой облачил фантастическую женщину.

«На ступенях лестницы появилась молодая женщина, выходившая из воды. Голову ее покрывал желтый, острый колпачок. Она казалась юношески тонкой, - бело-голубоватая, рядом с грузным очертанием, покрытого мхом, вечно улыбающегося сквозь сон, сидящего Магацитла. Вот, она поскользнулась, схватилась за каменный выступ, подняла голову. – Аэлита, – прошептал марсианин, прикрыл глаза рукавом и потащил Лося и Гусева с дорожки в чащу».

Какой кинематографичный эпизод!!! Выход Венеры из пены морской, появление девушки Джеймса Бонда из океанических вод.

К сожалению, дальше столь выдающихся ярких описаний красавицы в повести не будет.

«Недалеко от двери, прислонившись к книжным полкам, стояла пепельно-волосая, молодая женщина, в черном платье, закрытом от шеи до пола, до кистей рук. Над высоко поднятыми ее волосами танцевали пылинки в луче, упавшем, как меч, в золоченые переплеты книг. Это была та, кого вчера на озере марсианин назвал Аэлита».

Алексея Николаевича по какой-то, видимо, сюжетной причине, больше волновала марсианская библиотека.

«Подол ее широкого платья летел по зеркальной мозаике».

Марсианские хроники автора дают нам еще один эпизод для представления об элитарной женской моде цивилизации возрастом в 20 тысяч лет.

«В лодке поднялся кто-то, закутанный в белый мех, белый, как снег. Из-за меха, из-под кожаного шлема глядели на Лося взволнованные, тревожные глаза Аэлиты. Лось сел позади Аэлиты. Механик, – краснокожий мальчик, – плавным толчком поднял крылатую лодку в небо. Холодный ветер кинулся навстречу. Белая, как снег, шубка Аэлиты была пропитана грозовой свежестью, горным холодом».

Там же. «Аэлита очнулась, стала расстегивать шубку, но пальцы ее скользили по птичьим головкам на больших пуговицах».

Чёрно-белая гамма. Отражение внутреннего мира дочери марсианского правителя.

На этом всё.

Но именно потому мы с таким интересом смотрим фильм 1924 года.

 

Аэлита от Якова Протазанова.

Над костюмами в фильме работали известная художница-авангардистка, кубофутуристка Александра Экстер и театральный художник Исаак Рабинович. Консультации по костюмам им давала Надежда Ламанова, одна из первых российских и советских модельеров, в ее ателье мод шили наряды еще для царской семьи.

Обувь в фильме выглядит современно даже в XXI веке, конечно, если с окружающих снять китайские кроссовки.

Аэлита не умеет целоваться, хочет любви от мужчины, но при первой возможности готова его бросить, предать и встать во главе восстания. Конечно, объясняя свои поступки исключительно интересами возлюбленного.

Наряд Аэлиты был и вовсе революционным: ткань с тремя нашитыми кольцами, надетая на полуобнаженное тело, и вьющееся спиралью полотно, выполняющее роль юбки.

Футуристическая красота в те годы волновала не только советских дизайнеров. На Западе этого было, едва ли не больше, а изделия парижского ювелира Raymond Templier напоминали детали станков, машин. Всё должно было подчиняться бешеному ритму эпохи.

В своей статье «Простота и практичность в одежде», похожей скорее на манифест, Александра Экстер писала: «Современной “моде”, меняющейся по прихоти коммерсантов, мы должны противопоставить одежду целесообразную и красивую по своей простоте. Костюм широкого потребления должен состоять из простейших геометрических форм, как прямоугольник, квадрат, треугольник; ритм цвета, вложенный в них, вполне разнообразит содержание формы». Текст был написан в советское время для самых обычных людей, костюмы марсиан вполне соответствовали этим догмам.

Где мы видим такую одежду в СССР?

Нигде. Законы моды действуют иначе. Должна была появиться…

 

Аэлита от Пьера Кардена.

Космос? Космический крой костюмов? Конечно.

Первый шаг для человечества. Примерив скафандр Нила Армстронга, художник поместил в нечто подобное свои модели.

«...голова марсианина в шапке – яйцом, с длинным козырьком. На глазах – очки» (цитата из А. Н. Толстого). Шлем Тускуба стал головным женским убором. Женщины не могли это носить на улице. Кроме одной, готовой танцевать.

Вторым шагом для человечества было создание Аэлиты из Майи Плисецкой. По легенде, Плисецкая первой из всех советских женщин начала носить белое норковое манто. В нём она стоит рядом Ив Сен-Лораном и Катрин Денёв. Окончательный образ был закреплён в ролике 1987 года, где шляпки напоминают планетарные кольца Аэлиты – Юлии Солнцевой в 1924-м.

 

А что досталось земным женщинам?

Классическая фантастика и марсианская мода в фильме «Вспомнить всё» 1990 года.

Трудящиеся девушки Пола Верховена – это прямые потомки Аэлиты Якова Протазанова, которые никогда не покидали красную планету и дожили до появления Голливуда.